Не вывезли IKEA: «Лузалес-Тихвин» затянуло в лесные долги - ФОНТАНКА.ру

Бывший завод IKEA под Петербургом, ныне «Лузалес-Тихвин», столкнулся с долгами и исками. Финансовые результаты падают второй год подряд, а с начала 2026-го контрагенты подали к компании иски почти на 200 млн рублей — активнее всех требует комитет по природным ресурсам Ленобласти (аренда лесного фонда). Эксперты считают: причина не в управлении, а в общем спаде на рынке.

ООО «Лузалес-Тихвин» с начала года получило 62 иска от контрагентов на общую сумму в 193 млн рублей, следует из СПАРК. Динамика сейчас намного хуже, чем годом ранее: за весь 2025 год компания выступала ответчиком по 59 искам на общую сумму в 221 млн рублей.

В арбитражном суде Петербурга и Ленобласти в настоящее время рассматриваются дела на общую сумму в 140 млн рублей: денег от «Лузалес-Тихвина» требуют транспортно-логистические компании и лесозаготовительные предприятия, но активнее прочих действует комитет по природным ресурсам Ленобласти — с начала года к компании от него было подано 18 исковых заявлений.

Проблема в том, что вносить оплату за аренду участков лесного фонда «Лузалес-Тихвин» стала с задержками, пояснили «Фонтанке» в комитете. По данным за март, компания задолжала по аренде 17,3 млн рублей. «Это скорее технические вопросы, которые, однако, нужно решать», — добавили в правительстве Ленобласти.

Долги, убытки и простой

Закономерно, что задолженность перед контрагентами ООО «Лузалес-Тихвин» сочетается с ухудшением финансовых показателей. Выручка «Лузалес-Тихвина» сократилась за год с 2 млрд до 1,6 млрд рублей по итогам 2025-го. При этом структура производства изменилась разнонаправленно: выпуск мебели вырос с 659 млн до 911 млн рублей, зато производство пиломатериалов рухнуло вдвое — до 673 млн рублей.

Убыток «Лузалес-Тихвина» вырос с 233 до 373 млн рублей, кредиторская задолженность за год прибавила 38% и достигла 941 млн рублей. Дебиторская задолженность тоже выросла — до 195 млн рублей. Крупнейшим дебитором выступает собственник компании — «Лузалес». При этом «Лузалес» заложила 100% долей «Лузалес-Тихвина» в качестве обеспечения по кредиту в Росбанке.

Сложностям компании аналитики не удивляются. «Вал исков — это норма для текущей ситуации, так как заёмные деньги дороги и многие компании вплоть до момента подачи иска в суд стараются не платить, чтобы увеличить собственный оборотный капитал за счёт бесплатных денежных средств поставщиков, при кредитах под 20% годовых», — комментирует аналитик телеграм-канала Bonus Fabula Дмитрий Кумановский.

Что сегодня?

С середины и до конца марта «Лузалес-Тихвин» частично уходила в простой. На предприятии это объяснили задержкой платежей за отгруженную продукцию и нехваткой оборотных средств. В областном комитете по труду и занятости подтвердили: компания, как и обещала, вышла из простоя и 31 марта возобновила работу.

Редакция направила в «Лузалес-Тихвин» запрос о перспективах предприятия. На момент публикации ответ не получен.

В свою очередь, глава администрации Тихвинского района Алексей Брицун во время своего доклада о социально-экономическом развитии района за 2025 год отметил, что «Лузалес» изменил политику капитализации и продолжает выход из ситуации». Правда, что подразумевалось под политикой капитализации, Алексей Брицун не пояснил.

История вопроса

Фактически деревоперерабатывающая фабрика в Тихвине так и не смогла оправиться после смены собственника. С начала своей работы предприятие принадлежало компании IKEA и выпускало мебель для собственной сети. После ухода IKEA из России в 2023 году мебельные фабрики корпорации приобрела лесоперерабатывающая компания из Коми «Лузалес».

В 2023 году представители «Лузалеса» говорили, что планируют расширить ассортимент фабрик в Ленобласти и Вятке и наладить также выпуск детской и школьной мебели. Сейчас, судя по официальному сайту компании, мебельные фабрики производят мебель для дома, кухни и детскую. Школьная мебель на сайте не представлена.

«Лузалес» основан в 1999 году предпринимателем Николаем Семенюком. Компания занимается лесозаготовкой и лесопилением. Сейчас, по данным СПАРК, её собственник — Мария Семенюк. Выручка компании по итогам 2025-го превысила 10 млрд рублей против 9,2 млрд рублей годом ранее. Но если в 2024-м «Лузалес» еще получил чистую прибыль (39 млн рублей), то прошлый год закончил с убытком 320 млн. Кредиторская задолженность за год увеличилась с 3 млрд до 4 млрд рублей».

Системные проблемы

Отраслевые эксперты считают, что сложная ситуация на «Лузалес-Тихвине» связана скорее не с ошибками в управлении непосредственно предприятием, а с общей ситуацией на рынке: сложно получить прибыль, если на внутреннем и внешнем рынках в лесопромышленном комплексе объективно падает спрос. «Экспорт сейчас невыгоден из-за крепкого рубля и низких цен на продукцию в Китае. А спрос на внутреннем рынке тоже сокращается», — говорит генеральный директор ООО «Национальное лесное агентство развития и инвестиций» Виталий Липский.

С 2022 года в лесопромышленном комплексе активно перераспределялись активы: часть собственников выходила из бизнеса, продавая заводы. Покупатели рассчитывали, что смогут реанимировать производство, когда рынок пойдет вверх.

Похожая судьба постигла, например, ГК Runko Group в Ленобласти. Производитель мебельных заготовок и мебели перешел в собственность структур компании «Сетново», а основатель Александр Ошкаев, как он рассказывал «Фонтанке», ушел в другие проекты.

Но рынок продукции лесопиления, в том числе и мебельный, встал и стоит. «Получается, что сейчас ряд игроков, купивших фабрики, может подкосить именно необходимость поддерживать эти самые новые активы, которые пока не могут генерировать выручку и прибыль из-за слабого спроса и генерируют лишь убытки из-за аренды лесного фонда и других факторов», — говорит Виталий Липский.

«Плохо идут дела во всей лесной отрасли. И особенно в СЗФО. Традиционно предприятия Северо-Запада создавались для экспорта древесины и продукции по евростандартам на рынок ЕС с коротким транспортным плечом. Сейчас такой возможности нет, продукция поставляется в Центральную Азию и Африку, Центральную и Южную Америку.

У головного «Лузалеса» основа продукции — недорогой брус, доска и евровагонка, брёвна для домостроения и ремонта. Этот сектор сейчас на 20% снижается год к году из-за денежно-кредитной политики. Поэтому объективно бизнес компании сокращается вместе с рынком загородного строительства и покупательной способностью населения».

О сложностях на мебельном рынке говорят и цифры. По данным Росстата (их проанализировала Ассоциация предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России), производство мебели в 2025 году выросло всего на 1,1% — до 98 млн единиц. При этом бытовая мебель ушла в минус на 3,3% (71,9 млн единиц), а офисная, напротив, прибавила 15,6% (26,1 млн).

«Хотя в натуральном выражении рынок демонстрирует небольшой рост, но на деле ситуация иная. Если использовать сопоставимую методику Росстата, действовавшую до лета 2025 года, то снижение объемов производства в 2025 году составляет почти 10%. Сам Росстат фиксирует сокращение индекса промышленного производства мебели на протяжении 12 месяцев впервые с 2009 года», — говорил ранее президент АМДПР, генеральный директор «Первой мебельной фабрики» Александр Шестаков.

По его словам, точкой роста для производителей мебели стало корпоративное направление. Доли продаж мебели в рознице и в офисном сегменте в общей структуре реализации впервые за несколько лет практически сравнялись.

«Предпосылок для оживления розничного сегмента рынка пока не видно, в то время как количество строящихся и проектируемых офисных и торговых объектов увеличивается. Значимость корпоративных продаж для мебельных предприятий в среднесрочной перспективе будет расти», — прогнозировал Александр Шестаков.

Правда, некоторые участники рынка считают, что и офисный сегмент не поддержит спрос на мебель. «Сможет оживить рынок только снижение ключевой ставки до 10% и ниже. И более ничего», — уверен генеральный директор мебельной фабрики «Лидер» Владимир Поздняков.